ПАМЯТИ СЕРГЕЯ НИКОЛАЕВИЧА АЛЕКСЕЕВА. БУТОВСКИЙ ПОЛИГОН

Изображение
ПАМЯТЬ О СЕРГЕЕ НИКОЛАЕВИЧЕ АЛЕКСЕЕВЕ. БУТОВСКИЙ ПОЛИГОН
Теги

ПАМЯТИ СЕРГЕЯ НИКОЛАЕВИЧА АЛЕКСЕЕВА. БУТОВСКИЙ ПОЛИГОН

Создатель нашего сайта – Сергей Николаевич Алексеев в середине 1990-х годов принял активное участие в мемориальной деятельности на бывшем расстрельном спецобъекте НКВД «Бутовский полигон». По его инициативе начали исследование территории, а в 1997 году был проведен раскоп одного из погребальных рвов. О раскопках и их результатах вспоминает Анатолий Разумов. 

Никак не мог собрать слова. Когда говорят что-то сильно нелёгкое, долго не могу расслышать. Пытаюсь угадать сказанное. Потом переспросить. Потом обдумать и выговаривать ответ. Так было, когда позвонили сказать о Сергее.

Сергей Николаевич Алексеев мне друг. Познакомились в 1976 году в Авдеевской археологической экспедиции на раскопках стоянки каменного века.

Меня занимала история современного общества, но затем обучался археологии. Поехал в Авдеевскую экспедицию от Питерского университета с Геннадием Павловичем Григорьевым. С тех пор Авдеево и авдеевцы, приезжие и коренные, стали большой частью моей жизни. 

Сергей... Сколько прожито, сколько бесед. А прежде вспоминаю беседу в той молодости. Когда лёжа на курской земле и траве перебирали по вечерним звёздам каждый своё прошлое. Мечтали о будущем. Сергей много успел в земной жизни. Как много успел.

Через двадцать лет после Авдеева мы снова встретились в работе. Я издавал первые тома «Ленинградского мартиролога» и занимался историей бывшего расстрельного спецобъекта в Левашове. А Сергей был в инициативной группе при другом расстрельном спецобъекте, Бутовском Полигоне НКВД. 
Бутово только что передали Церкви. Сергей Алексеев и протоиерей Кирилл Каледа, тогда ещё не священник, готовились поставить в Бутове небольшой деревянный храм и занялись исследованием территории могильника. Сначала геофизическими методами, затем потребовались прямые раскопки выявленных погребальных траншей.

В 1997 году Сергей убедил меня принять участие в раскопках. Не только меня, ещё Юра Смирнов копал из археологов. Много потрясений нас ожидало впереди. Юра дал определение открывшейся картине не как человеческому погребению, пусть и массовому. А как некоей помойной яме, в которую сбросили полуживых людей. Это правда, ведь обычно археологи исследуют именно погребения с различными обрядами. А в Бутове, Левашове, КАтыни, Сандармохе и множестве иных спецобъектов «ускоренно и упрощённо» (цитата из приказа № 00447) гнали планы партии и правительства в 1937–1938 годах. Сотни тысяч убитых людей.

Из наиболее неожиданного. Долго не могли найти пулевые отверстия в черепах. Первое отверстие я нашёл в одном из черепов, видимом не с поверхности, а с раскрытого борта погребения. Затем обнаружил (под огромным дубовым пнём, сброшенным когда-то на убитых) двойное входное и двойное выходное отверстия. И после меня, по-моему, ещё раз пулевое отверстие встретили. Зато видны были искусственные вмятины на ряде костей. Будто от ударов тяжёлым предметом.

Человеческие останки залегали в несколько слоёв. На них сверху была понакидана куча одежды и обуви, видимо, не пригодившейся палачам.

Три пары сдёрнутых резиновых перчаток также были брошены сверху – перчатки тех, кто укладывал убитых в поленницу на дне траншеи.

Суглинок. Зачастую некоторая сохранность или видимость сохранности останков. Расчищаю скальпелем кисть руки. Постепенно понимаю, что это переплетённые пальцами ладони двух рук, протянутых навстречу друг другу. На них кружась опустился сверху ещё зелёный осенний лист.

Копали мы от утра до позднего вечера.  Вечером при свете лампочек над раскопом. На дне раскопа рядом клал свои карманные часы. Видел их потом на каком-то документальном кадре о Бутове.
Ещё был важный случай.  Чувствую на себе взгляд. Поднимаю голову. На краю раскопа сидит пожилой человек, давно наблюдает. Встретились глазами. «Хороше дело делаете, хлопцы. Мне сказали, что мой отец тут расстрелян. Вдруг и его найдёте. У него, знаете, вот такая вот тут коронка была. Может, палачи не заметили». Через несколько дней нашли похожие останки.

Нашей задачей было подтвердить характер массовых злодеяний на Бутовском Полигоне.
В 1999 году в третьем выпуске Книги памяти «Бутовский Полигон» был опубликован наш отчёт.
Спасибо, Сергей. Мы это сделали.

Прошло ещё двадцать лет. На Бутовском Полигоне открыт и действует современный мемориальный комплекс. К небольшому деревянному храму прибавился большой храм рядом с памятником истории.

Здесь в пятницу 12 июля 2019 года прощались с Сергеем Николаевичем Алексеевым. Были во множестве москвичи, много окрестных жителей, много нижегородских земляков Сергея. Авдеевцы. И все его самые любимые родные: отец, жена Маша, дети Марфуша, Тиша, Даша, Варя, Макар, все внуки. 

Отпевал Сергея протоиерей Кирилл Каледа. Похоронили на Щербинском кладбище.
Перехватывало дыхание. Но тот, кто хотел стать лётчиком, ушёл в небо.

Когда собирался из Питера в Москву и не мог собраться со словами, меня стали подталкивать: «Скажи, как он смеялся». Об этом многие говорили при прощании. Все помнят. Смеялся часто, открыто, сходу. Так, что память о его смехе заслоняет память об улыбке.

Не договорили, как это всегда бывает. Хотели затеять новую книгу. Хотели рассказать всем нечто важное, о чём пока не расскажу.

Прости и прощай, дорогой друг.
Анатолий Яковлевич Разумов
С сайта Возвращенные имена. Книги памяти России
 

Дата мероприятия
Тип мероприятия
23 июля 2019

Поделиться: